Значительные сделки в ООО и ОДО: обзор судебной практики

Значительные сделки в ООО и ОДО: обзор судебной практики

Понятие значительной сделки для украинского законодательства не новое. Впервые свое отражение в нормативно-правовых актах этот институт нашел в Законе Украины «Об акционерных обществах».

Появление его обусловлено необходимостью защиты имущественных прав акционеров и предотвращения возможных злоупотреблений со стороны руководящих органов общества. В 2018 году понятие значительной сделки и порядка ее согласования появляется и в новом Законе Украины №2275-VIII «Об ООО и ОДО».

Под значительной сделкой в статье 44 Закона Украины «Об обществах с ограниченной и дополнительной ответственностью» понимается договор, сумма которого больше 50% стоимости чистых активов компании (активы минус обязательства), которая рассчитывается на дату последней поданной финансовой отчетности.

Указанной нормой императивно установлена необходимость согласования общим собранием участников сделок, а директору в таких случаях должны быть предоставлены соответствующие полномочия. Отсутствие указанного согласования собранием может поставить под сомнение действительность заключенного сторонами соглашения.

Что понимают под значительной сделкой украинские суды (обзор)

Осуществляя анализ законодательства, можно сделать вывод, что значительной считается сделка, которая в силу устава или закона соответствует определенным критериям. Такими сделками могут быть сделки, превышающие установленную сумму или направленные на распоряжение определенными активами компании.

Так, наши адвокаты по хозяйственным делам отмечают, что довольно распространенной является практика установления уставом ограничений по заключению обществом кредитных соглашений, договоров об отчуждении недвижимого имущества и других.

05 октября 2016 года в своем Постановлении Верховный Суд Украины по делу №910/29382/14 очертил единую позицию относительно правовой природы значительной сделки. Так, значительной является сделка, направленная именно на реализацию полномочий по распоряжению имуществом компании. Эта позиция изложена также и в письме ВС Украины от 01 февраля 2017 г.

Такая практика продолжает применяться и Верховным Судом, который в Постановлении по делу №910/18506/16 от 21 февраля 2018 года отметил, что увеличенные требования к порядку заключения и согласования сделок по распоряжению имуществом компании применяются тогда, когда такое распоряжение связано исключительно с отчуждением имущества, а не с любыми правомочиями собственника имущества.

Как формируется судебная практика по применению ст. 44 ЗУ «Об ООО и ОДО»

Значительные сделки в ООО и ОДО: обзор судебной практики

Одним из первых таких дел, которое появилось в судебной практике, по обжалованию заключенной сделки является спор в рамках договора поставки. Основанием для подачи иска о признании договора недействительным стало отсутствие решения о согласовании такого соглашения и предоставления соответствующих полномочий его подписанту.

Суд первой инстанции по этому делу №916/40/19 требования истца удовлетворил и признал, что в связи с несоблюдением требований ст.

44 ЗУ «Об ООО и ОДО» договор поставки является недействительным, даже несмотря на фактическое исполнение сторонами такого соглашения.

При этом, все же считаем важным отметить тот факт, что поставки в рамках договора происходили, что подтверждается подписанными расходными накладными, зарегистрированными налоговыми накладными и наличием оплаты со стороны покупателя.

Во время пересмотра дела в апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменено и принято новое, которым в удовлетворении исковых требований отказано. Дело рассмотрением в суде первой и апелляционной инстанции не закончилось и поступило на рассмотрение в Верховный Суд.

12 декабря 2019 года ВС вынесено постановление, которым решение суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.

Судебное решение ВС, помимо прочего, мотивировано тем, что в случае подписания договора, по которому общая его стоимость будет считаться как сумма всех поставок, подтвержденных расходными накладными, то на дату заключения такой сделки невозможно определить будет ли общая сумма (цена) такого договора превышать 50% стоимости чистых активов компании и будет ли требовать такая сделка одобрения.

Подытоживая, обратим внимание, что адвокаты юридической компании «Альва Прайвеси» рекомендуют все же при составлении как собственных уставных документов, так и при заключении контрактов, уделять внимание разделам устава, где речь идет об исполнительном органе и полномочиях общего собрания, поскольку несоблюдение порядка совершения сделки может поставить под сомнение ее действительность не только со стороны вашего контрагента, но и со стороны контролирующих органов.

Оборот долей в ООО: глазами судебной практики

Вводные замечания

Вопрос о признании сделками или иными юридическими фактами действий по распоряжению долями в уставном капитале Обществ с ограниченной ответственностью (далее – ООО) не разрешен однозначно. Судебная практика не выработала однозначную позицию.

Тем не менее, на общем фоне разночтений в судебных решениях, в доктрине гражданского права преобладающее число ученых (Р.С. Бевзенко, А. В. Егоров, О.Р. Зайцев, Е.А. Крашенинников Д. О. Тузов, и др.

) придерживаются признания за действиями по отражению перехода доли в ЕГРЮЛ, сделкой. Также российские исследователи, в целях реализации «сделочной» концепции анализируют и оценивают правовые позиции судов, указывая, что в сложившихся условиях развитие практики необходимо менять.

Заданная траектория квалификации неизбежно дестабилизирует гражданский оборот.

Далее для определения преобладающей позиции судов мы обобщим практикообразующие решения судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ (далее – СКЭС ВС РФ) по поставленному нами вопросу: признает ли ВС РФ за действиями по отражению перехода доли в ЕГРЮЛ  самостоятельное юридическое значение – в отрыве от договора – основания, если да, то чем они являются: сделкой или иными юридическими фактами?

Кассационные Арбитражные суды не признают сделкой или иным юридическим фактом действия, направленные на распоряжение долей в ООО

В 2020 г. в рамках одного из дел Арбитражный суд Северо-Западного округа в деле № А56-98623/2019 от 16 июня 2020 г.

[1] в удовлетворении требований истца об обязании передать долю в уставном капитале ООО отказал, так как сделка по отчуждению доли не была нотариально удостоверена.

Согласно фактическим обстоятельствам дела, между истцом (покупатель) и ответчиком (продавец) заключен договор, по которому продавец обязался передать в собственность покупателя юридическое лицо — Общество как имущественный комплекс, а также долю в уставном капитале Общества по истечению 30 дней после подписания передаточного акта. Стороны подписали передаточный акт Общества, но уклонение продавца от совершения действий, направленных на передачу доли в уставном капитале Общества, привели к тому, что истец был вынужден обратиться в суд.

Сделка, влекущая отчуждение доли, подлежит нотариальному удостоверению в соответствии с п. 11 ст. 21 Закона об ООО[2].  Учитывая названную норму, а также абз. 3 п. 11 ст.

21 указанного закона, согласно которому договор, устанавливающий обязательство совершить при возникновении определенных обстоятельств или исполнении другой стороной встречного обязательства сделку, направленную на отчуждение доли, неправомерно уклоняется от нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли, то  приобретатель, совершивший действия, направленные на исполнение указанного договора, вправе потребовать в судебном порядке передачи ему доли, следует, что стороны только намеревались заключить сделку по отчуждению доли.

На наш взгляд, под такой подлежащей нотариальному удостоверению сделкой Закон об ООО понимает распорядительное волеизъявление сторон, непосредственно переносящее право на долю на приобретателя, т.е. распорядительную сделку.

Заметим, что стороны при заключении договора купли – продажи предусмотрели лишь обязательство распорядиться долей после истечения обусловленного срока (срока, осложненного условием – ст. 314 ГК РФ).

При этом воля у сторон передать (приобрести) вещное право сформировалась и выражалась при совершении обязательственной сделки, а момент реализации этой воли переносится на будущее.  Таким образом, договор, заключенный между истцом и ответчиком, не предполагает непосредственный распорядительный эффект и в терминологии п. 11 ст.

21 Закона об ООО не является «сделкой, направленной на отчуждение доли», поэтому не требует нотариального удостоверения, но в соответствии с абз. 3 п. 11 ст. 21 Закона об ООО требует обязать ответчика перевести долю (распорядительная сделка).

Из анализа решения суда мы приходим к выводу о том, что суд не признает принцип разделения сделок на обязательственные и распорядительные, а значит не придает самостоятельного юридического значения действиям, направленным на переход доли: заключение соглашения об отчуждении доли, нотариальное удостоверение, непосредственно внесение правоустанавливающей записи в ЕГРЮЛ, указывая на то, что стороны только намеревались заключить сделку по отчуждению доли. Действия, направленные на исполнения договора не были оценены судом. Ни сделкой, ни каким – либо иным юридическом фактом в данном деле суд не признал действия участников по переходу доли, что на наш взгляд, противоречит действующему Закону, иное бы применение вполне удачно решало бы ряд проблем, в том числе обозначенную в данном деле.

Непризнание за действиями, направленными на передачу доли в ООО самостоятельного юридического значения влечет необоснованное признание обязательственной сделки недействительной из-за порока формы. И это — самый существенный риск.

Например, в деле № А52-1725/2016  Арбитражный суд Северо-Западного округа[3] признал заключенный договор купли-продажи ничтожным ввиду отсутствия нотариального удостоверения. Суд указал, что данный договор не соответствует требованиям, установленным в п. 11 ст.

21 Закона об ООО, а также п. 3 ст. 163 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ). В связи с чем, требования истца не подлежат удовлетворению.

Акту приема-передачи имущества, в том числе, в котором были указаны спорные доли в уставном капитале Общества, суд не дал юридической оценки.

В соответствии с действующим законодательством, нормы которого были упомянуты нами ранее, данное решение представляется неверным, так как Закон об ООО указывает на ничтожность распорядительной сделки, если она не будет удостоверена нотариально.

Признание договора купли-продажи доли ничтожным, повлечет невосполнимые потери для участников оборот, подорвет стабильность обязательственного права (незавершение сделки в согласованные сторонами сроки, расходы в связи с участием в судебном разбирательстве, репутационные риски и пр.).

Нотариальное удостоверение распорядительных сделок служит гарантией того, что отчуждатель доли является ее владельцем и имеет право на ее отчуждение.

Напротив, нотариальное удостоверение обязательственных сделок лишено всякого практического смысла, так как условия обязательственной сделки могут исчисляться сотнями страниц со сложными формулами цены и другими правовыми конструктами. Суд в данном деле в очередной раз не признал за действиями, направленными на отчуждение доли юридического значения.

На практике встречаются случаи, когда стороны договора уже предпринимают действия по его исполнению, т. е. действия, направленные на передачу доли, но суд не признает их как юридические поступки, так как они направлены на исполнение обязанности по договору.

Читайте также:  Adoption in ukraine. actions and procedure

Постановлением ФАС Уральского округа от 17.01.

2012 № Ф09-7932/11 по делу № А50-11309/2011[4] требование о признании недействительным предварительного договора купли-продажи доли в уставном капитале общества, применении последствий его недействительности отказано, поскольку предметом предварительного договора является обязательство сторон заключить в будущем основной договор.

Предварительный договор не требует нотариального удостоверения, сторонами заключены и исполнены основные договоры купли-продажи доли в уставном капитале общества, которые были нотариально удостоверены и доли были переданы. При этом покупатель указывал, что предварительный договор не был нотариально удостоверен.

  • Таким образом, суд обязательственную сделку признал в качестве предварительного договора, а действиям, направленным на передачу доли, придал значения юридических поступков, направленных на исполнение обязательств по договору купли – продажи доли.
  • NB: при рассмотрении данного дела запись в ЕГРЮЛ не имела правоустанавливающего эффекта, тем нее менее иные действия – в отрыве от договора купли- продажи доли, нами были рассмотрены.
  • Кассационные Арбитражные суды  признают сделкой действия, направленные на распоряжение долей в ООО
  • В отдельную группу можно выделить дела, в которых суды последовательно придерживаются концепции разделения договора купли – продажи доли на обязательственную и распорядительную сделки, что влечет признание за действиями, направленными на передачу доли, самостоятельного юридического значения – сделки.

Так, ФАС Московского округа в Постановлении от 8 ноября 2011 г. по делу № А40-24475/11-48-202[5] сделал шаг вперед, указав, что распоряжение имеет безусловно сделочную природу. ФАС МО указал на то, что:

1) под сделкой направленной на отчуждение доли понимается договор об отчуждении доли (купля-продажа, мена, дарение), из содержания которого следует, что передача доли осуществляется в момент заключения договора.

2) из абз. 3 п. 11 ст. 21 Закона об ООО следует, что договор, устанавливающий обязательство совершить при возникновении определенных обязательств или исполнении другой стороной встречного обязательства сделку, направленную на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества. Этот договор не нуждается в нотариальном удостоверении.

Таким образом, в абз. 3 п. 11 ст. 211 названного Закона названы две сделки: договор, в котором выражена воля на передачу доли в случае возникновения определенных обстоятельств и сделка, непосредственно направленная на отчуждение доли.

Как не парадоксально, но в данном деле суд лишь совершил первый шаг, т. к. в иске было отказано, ввиду того, что договоры, непосредственно направленные на отчуждение доли, стороны не заключали. Тем не менее, сделка может быть признана действительной на основании ст.

165 ГК РФ, на что суд обратил внимание, сделав оговорку об этом, но так как истец данное требование не заявлял, то в иске было отказано. Формально, следуя букве закона, дело решено верно, но не справедливо. Безусловно, здесь предстает проблема в процессуальной части (принцип диспозитивности процесса).

Тем не менее, хотелось бы отметить, что в данном деле, стороны заключили «единый» договор купли-продажи, в котором содержатся как обязательственная, так и распорядительная сделка, поэтому неверно признавать весь договор недействительным.

Распорядительная власть у ответчика есть, а отклонение от передачи доли должно расцениваться как нарушение обязанностей по обязательственные сделке. При этом действия истца, который обращался к нотариусу имеют сделочную природу, так как входят в юридический состав распорядительной сделки.

NB 2.

В деле № Ф09-572/17 Арбитражный суд Уральского округа указал[6], что договор, заключенный между истцом и ответчиком не является предварительным, не требует нотариального удостоверения и считается заключенным в момент достижения сторонами соглашения по всем существенным условиям. При этом, совершенная впоследствии сделка, направленная на отчуждение доли или части доли по существу представляет собой исполнение возникшего из соответствующего договора обязательства по передаче этой доли.

По итогам проведенного анализа можно сделать следующие выводы.

  • За действиями по отражению перехода доли, суды в преобладающем числе случаев не признают самостоятельного юридического значения. Распорядительные сделки признаются ничтожными.
  • Незначительное число судов признают действия по исполнению обязательства – сделкой.

Приложение:

Признание сделкой Действия, направленные на отчуждение доли не имеют самостоятельного юридического значения
Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 16 января 2015 № Ф04-14246/2014 по делу № А70-4089/2014 Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 07.12.2012 по делу N А39-2519/2011
Постановление ФАС Московского округа от 8 ноября 2011 по делу № А40-24475/11-48-202

Обзор судебной практики по вопросам, возникающим в связи с оспариванием крупных сделок в ООО от 22 июля 2014

Перед изучением Обзора рекомендуем предварительно ознакомиться с его оглавлением.

Крупной сделкой является сделка (заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки (ст.46 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Крупная сделка, совершенная обществом с ограниченной ответственностью с нарушением установленной процедуры одобрения, может быть оспорена обществом либо его участником.

16 мая 2014 года Высший Арбитражный Суд Российской Федерации актуализировал разъяснения по сделкам обществ, которые могут быть оспорены в судебном порядке (Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью») и признал утратившими силу прежние разъяснения от 2003 года и 2007 года, в частности, суд отметил следующее:

— перечень видов сделок (заем, кредит, залог, поручительство), на которые наряду с договорами купли-продажи, дарения, мены распространяется порядок заключения крупных сделок, не является исчерпывающим.

— требование о признании сделки недействительной, как совершенной с нарушением порядка одобрения крупных сделок, подлежит рассмотрению по правилам п.5 ст.

46 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и иных законов о юридических лицах, предусматривающих необходимость одобрения такого рода сделок в установленном данными законами порядке и основания для оспаривания сделок, совершенных с нарушением этого порядка.

При этом нормы о крупных сделках являются специальными по отношению к правилам ст.173.1 и п.3 ст.182 ГК РФ.

— сделки, совершенные без необходимого согласия (одобрения) органа юридического лица, а также сделки, совершенные единоличным исполнительным органом или другим представителем юридического лица в отношении себя лично либо в отношении другого лица, представителем (единоличным исполнительным органом) которого он одновременно является, но не подпадающие под действие упомянутых норм о крупных сделках, могут быть оспорены в соответствии с общими правилами, предусмотренными ст.173.1 и п.3 ст.182 ГК РФ.

— не требуется соблюдения предусмотренного законом порядка одобрения крупных сделок в случаях, когда сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности общества (п.1 ст.46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и п.6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28).

— иски о признании крупных сделок недействительными и применении последствий их недействительности могут предъявляться в течение срока, установленного п.2 ст.

181 ГК РФ для оспоримых сделок, при этом срок давности по такому иску исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что такая сделка требовала одобрения в порядке, предусмотренном законом или уставом, хотя бы она и была совершена раньше.

В пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 суд указал, что лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок, обязано доказать следующее:

1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (п.1 ст.46 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»);

2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников, т.е.

факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (п.2 ст.166 ГК РФ, абз.5 п.5 ст.

46 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»). В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

  • Об отсутствии нарушения интересов общества и его участников может свидетельствовать, в частности, следующее:
  • 1) предоставление, полученное обществом по сделке, было равноценным отчужденному имуществу;
  • 2) совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для общества;
  • 3) сделка общества, хотя и была сама по себе убыточной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых общество должно было получить выгоду.

Если суд установит совокупность обстоятельств, указанных в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28, сделка признается недействительной.

Суд отказывает в удовлетворении иска о признании недействительной крупной сделки, если будет доказано наличие хотя бы одного из следующих обстоятельств:

Пленум Верховного суда о крупных сделках: как его применяют на практике — новости Право.ру

Крупной могут считать не только одну сделку, но и ряд взаимосвязанных сделок в целом. Как их определить, говорится в п. 14 постановления Пленума. О том, что сделки взаимосвязаны, могут говорить единая хозяйственная цель при заключении сделок, консолидация всего имущества у одного лица, непродолжительный период между несколькими сделками.

Это разъяснение применил АС Западно-Сибирского округа в деле о банкротстве МУП Осинниковского городского округа «Водоканал». Его конкурсный управляющий хотел признать недействительными несколько зачетов встречных требований с ПАО «Южно-Кузбасская ГРЭС» в 2018 году.

Зачеты проводились на суммы от 1,8 млн до 3,3 млн руб., а всего – 38,2 млн руб. Управляющий доказывал, что «ЮК ГРЭС» знала о предбанкротном состоянии должника и следовала схеме, которую разработали аффилированные лица, чтобы получить долги в обход других кредиторов.

При этом заявитель предлагал считать сделки взаимосвязанными. Их общая сумма превышала 1% от стоимости активов должника, что позволяло рассматривать их как крупные (временный управляющий подсчитал, что общая стоимость активов «Водоканала» составляет 365 млн руб.).

Тест Проверь себя: Корпоративные споры в банкротстве

Читайте также:  Банкротство банка в Украине: признаки и прогнозирование

Но две инстанции не согласились с его аргументами (дело № А27-1310/2018). Они отказались рассматривать сделки как взаимозависимые.

А если рассматривать суммы зачетов отдельно, то крупными эти сделки нельзя было назвать. Ничего подозрительного в них суды не увидели.

Они указали, что зачеты были обычными текущими сделками, а должник расплачивался за электроэнергию, что важно для продолжения хозяйственной деятельности.

С этим не согласился управляющий, который подал жалобу в АС Западно-Сибирского округа. Он настаивал, что его подозрения обоснованные. Кроме того, управляющий обратил внимание, что нижестоящие инстанции отказались считать сделки взаимосвязанными и никак не обосновали свое решение.

Суд округа согласился с доводами заявителя. В том числе с тем, что необходимо «объединить» зачеты, чтобы оценить итоговую сумму (превышает она или нет 1% от стоимости активов должника). Здесь АС ЗСО сослался на п. 14 Постановления Пленума № 27, где говорится, что взаимосвязанные сделки может объединять единая хозяйственная цель.

В качестве сделок может выступать ряд хозяйственных операций. «Поскольку суды установили, что зачеты объединены единой целью погашения задолженности за электроэнергию, надо было брать общую сумму, чтобы узнать, превышен однопроцентный барьер или нет», – указал АС ЗСО.

С этими и другими указаниями он вернул материалы в первую инстанцию (спор пока не рассмотрен).

Обычная сделка или нет

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности [а не крупной], пока не доказано иное, говорится в п. 9 Постановления Пленума № 27.

Это разъяснение нашло применение в деле № А34-11207/2017, где участник управляющей компании «Дом» Сергей Забава требовал признать недействительным соглашение о переуступке долга. Его 1 мая 2017 года заключили УК «Дом», УО «Риск ЖЭУ» и «Шуховской полигон ТБО».

«Риск ЖЭУ» – это прежняя управляющая компания нескольких многоквартирных домов в Кургане, которая обанкротилось. Раньше она платила «Шуховскому полигону ТБО» за вывоз твердых бытовых отходов. УК «Дом» – новая управляющая организация, которая заключила свой договор с «Шуховским полигоном».

Кроме того, она обязалась отвечать за долги старой управляющей компании в размере 279 537 руб. Это и было написано в соглашении о переуступке долга, которое оспаривал участник УК «Дом» Забава (одновременно был участником обанкротившейся компании «Риск ЖЭУ»).

Практика Судебные споры: как победить в 2020 году

Он указывал, что участники не одобряли эту сделку, хотя она считается крупной и должна была быть одобрена. Она носит безвозмездный характер и не относится к сделкам в процессе обычной хозяйственной деятельности, обращал внимание участник.

Две инстанции согласились, что материалы дела подтверждают необходимость признать сделки недействительными. 18-й ААС также отметил, что «Шуховской полигон ТБО» – монополист.

Он знал о том, что сделка крупная, и согласился оказывать услуги только при условии перевода долга, а это недобросовестное поведение.

Иначе на дело взглянул АС Уральского округа. Он напомнил, что любая сделка считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, если не доказано иное (п. 9 Постановления Пленума ВС № 27). Истец указывал, что договор был для УК «Дом» безвозмездным, но этого еще недостаточно, чтобы доказать его необычный характер, говорится в постановлении кассации.

Ведь в деле нет доказательств, что сделка вынудила «Дом» прекратить деятельность, существенно изменить ее масштабы или вид. АС УО также принял во внимание, что Забава является участником обеих управляющих компаний. Также, по мнению кассационной тройки судей, ничем не обоснован довод, что «Шуховской полигон» мог знать о крупном характере сделки.

А то, является ли он монополистом или нет, вообще к делу не относится.

С такими выводами суд округа отказал в признании перевода долга недействительным.

Баланс или бухгалтерская справка

Крупная сделка – это такая, которая выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, а цена или балансовая стоимость имущества по сделке составляет от 25% балансовой стоимости активов общества (ст. 46 закона об ООО). П.

12 постановления Пленума ВС разъясняет, где найти балансовую стоимость активов. Это, согласно общему правилу, годовая бухгалтерская отчетность на 31 декабря года, предшествующего сделке.

А если общество обязано составлять промежуточную отчетность, то надо ориентироваться на нее.

На это указал нижестоящим судам АС Дальневосточного округа в деле № А59-1801/2017. Там «Водолазная компания» требовала признать недействительным допсоглашение к договору аренды земельного участка с Южно-Сахалинском.

Согласно этому документу, в 2017 году «Водолазная компания» с согласия собственника передала права аренды ПСК «Жилспецстрой».

Но теперь прежний арендатор оспаривал соглашение, поскольку это является крупной сделкой, заключенной без надлежащего одобрения с его стороны.

«Водолазная компания» одержала победу в двух инстанциях. Рыночная стоимость прав и обязанностей по договору аренды, согласно отчету, составила 22,2 млн руб. Согласно бухгалтерской справке, стоимость участка и основных средств оценивалась в 9,6 млн руб. Из этого суды сделали вывод, что сделка крупная, и признали допсоглашение недействительным.

Но АС Дальневосточного округа указал на ошибки в решениях нижестоящих инстанций. Согласно Постановлению Пленума ВС № 27, балансовая стоимость активов устанавливается на основании годовой бухгалтерской отчетности.

Бухгалтерская справка, которой руководствовались суды, не отражает состав и стоимость всех активов общества, отметила кассация в своем постановлении. Кроме того, справка не относится к документам, которые подтверждают балансовую стоимость активов общества.

С такими выводами АС ДВО отправил дело на пересмотр.

Там первая инстанция отказала в иске. Согласно балансу на соответствующий год, активы «Водолазной компании» составляли 5,8 млн руб., а стоимость права аренды – 3,8 млн руб.

Таким образом, цена сделки все равно превысила 25% стоимости активов.

Но суд нашел неподтвержденный факт, что она привела к прекращению деятельности общества, изменению ее вида деятельности, существенному изменению масштабов. Решение устояло в апелляции.

Обзор судебной практики по корпоративным спорам (май 2021)

  • Друзья, мы подготовили обзор корпоративных споров в практике Верховного Суда РФ за май 2021 г. Участники споров, судебные акты по которым проанализированы в обзоре, обжаловали сделки по отчуждению долей и выходу участников из состава ООО, а также требовали взыскания убытков с руководителей обществ
  • При дарении доли в ООО согласие остальных участников ООО требуется, если это предусмотрено уставом
  • Свыше миллиарда рублей взыскали с директора общества в качестве убытков по сделке, связанной с оплатой доли в уставном капитале
  • Назначение бывшего участника ООО руководителем этого общества не свидетельствует о мнимости договора купли-продажи доли
  • С директора АО взыскали убытки по договору аренды, заключенному на нерыночных условиях
  • Суд расценил фактические действия участников спора как доказательство признания ими действительности сделки участника ООО по выходу из общества
  • ВОССТАНОВЛЕНИЕ КОРПОРАТИВНОГО КОНТРОЛЯ
  • При дарении доли в ООО согласие остальных участников ООО требуется, если это предусмотрено уставом

Продажа или уступка участником общества своей доли третьему лицу допускается, если это не запрещено уставом. При этом другие участники общества, по общему правилу, имеют преимущественное право покупки этой доли по цене предложения третьему лицу.

Однако право преимущественной покупки не распространяется на случаи дарения доли. Если уставом общества необходимость получения согласия общества или остальных участников на уступку доли участника третьему лицу иным образом, чем продажа не предусмотрена, отсутствие согласия на ее безвозмездную передачу не является основанием для оспаривания такой сделки.

Участник ООО (далее – Истец) обратилась в арбитражный суд с требованием о переводе на общество права на долю в размере 50% в уставном капитале этой организации. Спорная доля была подарена ответчику, однако согласие Истца на совершение сделки получено не было.

Суды трех инстанций в удовлетворении требований отказали, разъяснив право преимущественной покупки на случаи безвозмездной передачи участником принадлежащей ему доли третьему лицу не распространяется.

Уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения согласия общества или остальных участников на уступку доли участника третьему лицу иным образом, чем продажа.

Именно такие разъяснения содержатся в пункте 12 12 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 09 декабря 1999 №90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В рассмотренном деле доля была получена ответчиком по договору дарения, удостоверенному нотариусом, и соответствующие изменения зарегистрированы в ЕГРЮЛ. При этом из буквального анализа содержания устава ООО необходимость получения согласия общества или остальных участников на уступку доли участника третьему лицу иным образом, чем продажа, прямо не следовала.

  1. В передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ было отказано.
  2. Определение Верховного Суда РФ от 26 мая 2021 г. № 304-ЭС21-4574
  3. ВЗЫСКАНИЕ УБЫТКОВ С ДИРЕКТОРА
  4. Свыше миллиарда рублей взыскали с директора общества в качестве убытков по сделке, связанной с оплатой доли в уставном капитале ООО
  5. Совершение обществом сделки с заинтересованностью без надлежащего корпоративного одобрения, повлекшей причинение обществу убытков, является основанием для взыскания таких убытков с генерального директора.
  6. С учетом конкретных обстоятельств, убытки подлежат взысканию независимо от последующего одобрения сделки, а также признания ее недействительной и возврата обществу ранее отчужденного имущества.

Акционеры ЗАО «СОВХОЗ им. ЛЕНИНА» (далее также – Совхоз, Общество) обратились в Арбитражный суд Московской области с заявлением о взыскании с Грудинина П.Н. (далее – ответчик) в пользу Общества убытков в сумме свыше 2 млрд., в том числе 1,095 млрд. руб. в качестве реального ущерба и 998 млн. руб. – упущенной выгоды.

Решением Арбитражного суда Московской области от 1 ноября 2019 г., оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, взысканы убытки в размере 1,066 млрд. руб.

Читайте также:  Договір поруки у банківських кредитах: основні положення, особливості

Суды ссылались на вступившее в законную силу решение Арбитражного суда по делу № А41-10337/18 от 6 марта 2018 г., которым установлена невыгодность для Совхоза сделок по передаче в счет оплаты доли в уставном капитале ООО «ТТ ДЕВЕЛОПМЕНТ» земельных участков.

В 2008 г. Совхоз и еще 6 физических лиц заключили учредительный договор о создании ООО «ТТ ДЕВЕЛОПМЕНТ» с уставным капиталом 61 млн. руб. Основной вид деятельности общества — Строительство жилых и нежилых зданий (ОКВЭД 41.2).

Совхоз в оплату доли в уставном капитале ООО «ТТ ДЕВЕЛОПМЕНТ» стоимостью 29 млн. руб. передал два земельных участка в ближайшем Подмосковье общей стоимостью свыше 1 млрд. руб. (см. схему).

Акционеры Совхоза оспорили эту сделку, так как она не предусматривала равноценное встречное исполнение обязательств, и, являясь сделкой с заинтересованностью, не была одобрена собранием акционеров.

Решением Арбитражного суда Московской области от 06 марта 2018 г. по делу № А41-10337/18, оставленным без изменения апелляционной и кассационной инстанциями, учредительный договор и сделка по внесению земельных участков признаны недействительными.

14 сентября 2018 г. ООО «ТТ ДЕВЕЛОПМЕНТ» было принято решение о ликвидации, в настоящий момент общество является действующим.

Удовлетворяя частично требования, суды пришли к выводу о том, что Грудинин П.Н. действовал недобросовестно. Являясь генеральным директором Совхоза, он совершил сделку по передаче в счет оплаты доли в размере 48% уставного капитала ООО «ТТ ДЕВЕЛОПМЕНТ» номинальной стоимостью 29 млн. руб.

, земельных участков, рыночная стоимость которых превышала 1 млрд. рублей. Сделка была очевидно невыгодной и убыточной для Совхоза, а кроме того, не была одобрена в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об АО).

При этом суды отклонили доводы о последующем одобрении сделки в декабре 2018 года, поскольку еще ранее решением Арбитражного суда Московской области по делу № А41-10337/18, вступившем в силу 18 мая 2018 г. такая сделка была признана недействительной.

Отметим, что при первоначальном рассмотрении спора во взыскании убытков было отказано.

Суды ссылались, в частности, на то, что (i) передача имущества являлась частью взаимосвязанных сделок, преследующих единую хозяйственную цель, и (ii) в связи с ликвидацией ООО «ТТ ДЕВЕЛОПМЕНТ» в 2018 году Совхозу был передан земельный участок, рыночная стоимость которого составляла 1,037 млрд. руб. и убытки отсутствовали.

  • Определение Верховного Суда РФ от 25 мая 2021 г. № 305-ЭС19-23402
  • СДЕЛКИ С ДОЛЯМИ
  • Назначение бывшего участника ООО руководителем этого общества не свидетельствует о мнимости сделки по продаже доли
  • Особенностью мнимой сделки является то, что ее стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий.
  • Однако назначение продавца доли общества его руководителем не свидетельствует о мнимости договора купли-продажи, поскольку правовое содержание статуса участника общества и его руководителя различно, и не свидетельствует о сохранении бывшего участника контроля над обществом.
  • В Арбитражный суд Краснодарского края обратилась бывшая супруга (далее – Истец) участника ООО «ЮГЭНЕРГОМОНТАЖ» (далее также – Общество), продавшего 1/3 доли в уставном капитале этого общества своему родственнику.
  • Истец настаивала на ничтожности (мнимости) оспариваемой сделки ввиду того, что:
  • (1) стороны договора являются родными братьями;
  • (2) цена отчуждаемой доли общества не соответствует ее действительной стоимости;
  • (3) сделка заключена с целью сокрытия стоимости имущества, подлежащего разделу после расторжения брака;
  • (4) супруг после продажи доли остался руководителем общества, а значит, сохранил контроль над ООО.

Согласно обстоятельствам рассмотренного дела, договор купли-продажи доли был заключен в декабре 2018 г., при этом Истец дала нотариальное согласие как супруга продавца, на совершение оспариваемой сделки.

Обращаясь в суд, Истец настаивала на том, что была введена в заблуждение относительно существа сделки: доля была отчуждена по цене 2 млн. рублей, что значительно ниже ее рыночной стоимости.

По данным СПАРК, чистые активы Общества на конец 2018 года составили 50 млн. рублей. Деятельность Общества была прибыльной, сумма чистой прибыли за 2018 год превысила 53 млн. рублей, за 2017 и 2016 гг. – около 26 млн. рублей.

  1. Суды трех инстанций в удовлетворении требований Истца отказали на основании следующего:
  2. Сделки между аффилированными лицами сами по себе российским законодательством не запрещены;Истец не представила доказательств невозможности получения сведений о нерыночном характере сделки, поскольку сведения о финансовом положении общества являются общедоступными (размещаются в сети Интернет);
  3. Довод о том, что продавец доли после совершенной сделки не утратил контроль над обществом, поскольку стал его руководителем, также несостоятелен, так как правовое содержание статуса участника общества и его руководителя различно, и назначение продавца доли руководителем общества не может само по себе свидетельствовать о мнимости договора купли-продажи доли.

Обстоятельства совершения оспариваемой сделки устанавливаются на основе  совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

В рассмотренном деле сделка была фактически исполнена, право собственности перешло к покупателю, денежные средства в размере 2 млн. рублей, полученные при продаже доли, переданы Истцу.

Суды также отклонили довод Истца о нарушении норм процессуального права в связи с употреблением судом первой инстанции латинского выражения Venire contra factum proprium.

Данная терминология является юридической и восходит еще к римскому праву, и подразумевает, что сторона не может ставить себя в противоречие к своему предыдущему поведению по отношению к другой стороне, если последняя действовала разумно, полагаясь на такое поведение.

  Это соответствует признанной международным и национальным правом и широко используемой на практике доктрине estoppel.

  • Определение Верховного Суда РФ от 24 мая 2021 г. № 308-ЭС21-6292
  • ВЗЫСКАНИЕ УБЫТКОВ С ДИРЕКТОРА
  • С директора АО взыскали убытки по договору аренды, заключенному на нерыночных условиях
  • Акционер общества, предъявляя к единоличному исполнительному органу требование о возмещении убытков, должен доказать, что речь идет не просто об элементах обычного хозяйственного риска, а о виновном поведении лица.
  • При этом должен быть доказан (i) факт причинения обществу убытков и их размер, (ii) противоправность действий директора, (iii) наличие причинной связи между действиями директора и наступившими неблагоприятными последствиями.

В случае отказа директора от дачи пояснений по требованиям Истца, такое поведение признается недобросовестным. Суд вправе возложить на директора бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

Акционерное общество (Истец) обратилось в Арбитражный суд с требованием о взыскании с директора этого общества убытков в сумме 33 млн. рублей, в виде разницы между фактически выплаченной суммой арендных платежей и определенной экспертом рыночной стоимостью аренды оборудования для производства комбикорма.

  1. В обоснование своих доводов истец ссылался на отчет аудиторской фирмы, согласно которому фактическая ставка аренды по договору превышала рациональную величину аренды за оборудование более чем в 12 – 14 раз.
  2. Суды отклонили ссылки ответчика на:
  3. (1) расчеты планово-экономического отдела общества;(2) письмо в адрес старшего вице-президента общества о том, что решение о заключении сделки было принято в результате необоснованного повышения цен на комбикорма поставщиками;
  4. (3) доводы о том, что с учетом всех затрат на производство кормов с использованием арендованного оборудования их себестоимость была ниже цены закупаемых кормов у сторонних производителей.

Суды согласились с доводами Истца о том, что арендная плата в размере 3 млн. рублей в месяц была явно завышенной, поскольку стоимость всей комбикормовой установки составляла около 10 млн. рублей.

  • Кроме того, арендованные комбикормовые станции не предусматривали термическую обработку кормов, что являлось нарушением действующего законодательства.
  • Определение Верховного Суда РФ от 21 мая 2021 г. № 309-ЭС21-6288
  • ВЫХОД УЧАСТНИКА ИЗ ОБЩЕСТВА
  • Суд расценил фактические действия участников спора как доказательство признания ими действительности сделки участника ООО по выходу из общества
  • Суд отказывает в признании оспариваемой сделки недействительной, если предыдущие фактические действия участников спора свидетельствуют о том, что они воспринимали ее как действительную.

Такой подход применим также в корпоративных спорах в случае оспаривания сделки по выходу участника из ООО в нарушение предусмотренного уставом и (или) законом прямого запрета..

Бывшая супруга участника ООО, а также сам участник (далее – Соистцы) обратились в Арбитражный суд с требованием о признании недействительной сделкой заявление участника о выходе из общества.

Соистцы, в частности, требовали (1) признать право их общей собственности на эту долю, а также (2) признать недействительными все принятые после выхода участника из ООО корпоративные решения (в связи с отсутствием кворума).

По их мнению, сделка по выходу из ООО являлась ничтожной потому, что была совершена в нарушение (i) установленного уставом общества прямого запрета на выход участника из состава участников общества, и (ii) положений статьи 246 Гражданского кодекса РФ. Так как спорная доля находилась не в совместной, а в долевой собственности, и распоряжение ею должно было осуществляться по соглашению всех участников (то есть Соистцов). Такое согласие бывшая супруга не давала.

  1. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды сослались на то, что:
  2. (1) поведение Истца, инициировавшего судебный процесс по связанному с рассматриваемым спором делу № А40-222400/2018, и фактические действия участников спора свидетельствуют о том, что они воспринимали одностороннюю сделку истца по выходу из общества как действительную;(2) заявление о выходе участника из состава ООО подано спустя год после расторжения брака между Соистцами, при этом процедура раздела совместно нажитого имущества не была инициирована;
  3. (3) Бывшая супруга не представила доказательств того, что ООО знало или должно было знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (пункт 2 статьи 35 Семейного кодекса РФ);
  4. Кроме того, суды указали на пропуск Соистцами срока исковой давности по требованию о признании заявления о выходе участника из общества недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности.
  5. Определение Верховного Суда РФ от 28 мая 2021 г. № 305-ЭС21-6623

Связаться с нами вы можете

Ссылка на основную публикацию